Рассматривается особый случай риторики, при котором дискурс, изобретённый автором, получает над создателем иллокутивную власть и начинает диктовать речевые стратегии и нарративы, не согласующиеся с прежними интенциями и целиком меняющие представления автора о целях и задачах художественного целого. К числу таких случаев относится интерпретация образа Лёвина в восьмой части «Анны Карениной», представленная в «Дневнике писателя» Достоевского за 1877 г. Изобретенный Достоевским дискурс войны, положенный в оправдание русско-турецкой операции, вошел в противоречие с дискурсом непонимания войны, характерным для Толстого. Желание осудить позицию главного героя толстовского романа заставило Достоевского отказаться от главного принципа своего художественного мышления и поэтики, связанных с полифонией, и использовать приемы риторики, вызывающие сомнение с точки зрения их валидности.
Барт Р. Война языков // Барт Р. Избранные работы. Семиотика, Поэтика. М., 1989. С. 535–540.
Казаков А. А. «Защитники братьев-славян» и полемика о них в «Анне Карениной» Л. Н. Толстого и «Дневнике писателя» Ф. М. Достоевского // Имагология и компаративистика. 2016. № 1 (5). С. 52–63.
Херльт Й. «На каком расстоянии кончается человеколюбие?»: Толстой и Достоевский в 1877 году: социальная эпистемология романа // НЛО. 2019. № 1 (155). С. 42–61.
Шараков С. Л. Роман «Анна Каренина» в восприятии Достоевского: символический аспект // Филологические науки. Вопросы теории и практики. 2015. № 11, ч. 3. С. 212–218.